А на этой неделе в Алматы прошел “круглый стол” “Актуальные проблемы и перспективы использования полиграфа в Республике Казахстан”, в котором приняли участие юристы-правоведы, действующие полиграфологи, а также члены Алматинской ассоциации полиграфологов. С ее руководителем Сергеем Алесковским журналисты газеты "Время" решили побеседовать о целесообразности тестирования чиновников на детекторе лжи.

- Использование полиграфа - это еще один фильтр для того, чтобы на работу в госорганы не попали люди с вредными привычками, криминальными связями, уголовным прошлым или нечистоплотными мотивами, - убежден он. - К тому же это еще один метод борьбы с коррупцией.

- Один мой знакомый - сотрудник спецслужб - как-то говорил, что детектор лжи легко обмануть.

- Это не так. Примерно каждый пятый тестируемый пытается противодействовать полиграфу. Есть самые разные способы: кладут булавки в обувь, зажимают язык зубами, считают баранов и т.д. Такие попытки были, есть и будут. Другое дело, если специалист на основании этих попыток выдает ошибочный результат. Но настоящего профессионала обмануть невозможно.

- А кто, на ваш взгляд, должен осуществлять проверки?

- Само собой, не силовые структуры! Тесты на полиграфе ни в коем случае нельзя отдавать людям в погонах, иначе это только повысит уровень коррупции в правоохранительных органах. Можно пойти по киргизскому пути и создать какое-нибудь кадровое подразделение при администрации президента. Или независимый центр проверок. Но, безусловно, нужно, чтобы к этому процессу были подключены общественные организации - в частности, ассоциация полиграфологов. Сейчас некоторые возражают против предложения президента: мол, от коррупции никакой полиграф не спасет, она была, есть и будет. Политолог Досым Сатпаев в одном интервью сказал, что сам полиграфолог может оказаться коррупционером. Так вот, чтобы этого не было, и нужен общественный контроль.

- Но ведь человек слаб, предложат полиграфологу много денег - и он согласится...

- Вряд ли. Ведь его можно легко проверить. После любого тестирования остаются полиграммы - кривые, по которым видно, как человек реагирует на тот или иной вопрос. Их не изменить. Покажите их любому опытному независимому полиграфологу - и он вам скажет, как все было на самом деле. А если специалист уничтожит результаты проверки - значит, ему нельзя верить. Кстати, у наших правоохранительных органов есть инструкции по применению полиграфа, и там записано: все результаты тестирований хранятся в течение 10 лет. К тому же весь процесс проверки фиксируется на видеокамеру. Так что если возникает спорная ситуация, можно поднять результаты, прокрутить запись - и станет ясно, насколько справедливым был вывод специалиста.

- Каким оборудованием вы пользуетесь?

- На сегодняшний день лучшими являются российские полиграфы. На вооружении нашей ассоциации последняя модель - “Диана 04”, ее цена колеблется от 8 до 10 тысяч долларов, в зависимости от комплектации. Для наших гос­органов это не смертельная сумма. Не закупят один “Мерседес” - зато укомплектуют ведомство полиграфом и подготовят специалиста.

- Есть ли законодательная база для использования детектора лжи?

- У нас это нигде не прописано. Я знаю только одну страну, где есть отдельный закон о полиграфе, - это Литва. В других государствах такого закона нет - ни в США, ни в Канаде, ни в Японии, ни в странах Западной Европы, хотя полиграфы там активно используются. А в некоторых странах в уголовно-процессуальном законодательстве записано: результаты проверки на полиграфе являются таким же доказательством преступления, как и все остальные. В той же Киргизии сделали просто: издали указ президента о тестировании на полиграфе при приеме на госслужбу. У нас нужен хотя бы какой-то подзаконный акт, внутри- или межведомственный документ.

- Хорошо, допустим, ввели обязательное тестирование на полиграфе. Но человек категорически отказывается проходить тестирование. Что тогда - не брать его на работу? Но ведь это будет нарушением его гражданских прав.

- Вы правы: отказ от прохождения проверки ни в коем случае не может служить доказательством признания человеком за собой какого-то негатива. Дело в том, что мы не знаем, по какой причине человек отказывается. Может, он действительно опасается, что его коррупционная деятельность выплывет наружу. А может, просто панически боится электрических проводов. К примеру, недавно мне пришлось тестировать сотрудников компании, в которой была допущена утечка конфиденциальной информации. Одна женщина отказалась от проверки, объяснив это тем, что она верит в Бога и ходила накануне в церковь. И батюшка ей будто бы сказал: не нужно иметь дело с этой “бесовской машиной”. Я сообщил об этом заказчику. Руководитель фирмы позвонил ее непосредственному начальнику, и тот подтвердил: она очень набожная женщина. В результате никаких санкций к ней применено не было.

Источник: Время